Как говорила моя бабушка, глаза боятся, а руки делают. Но тут до уха долетел чей-то накаленный голос, и я испугалась, не вызревает ли драка. Драка в двух десятках метров от тебя - вещь опасная, и я решила, что надо звать внучку, запирать двери и тушить свет. Но прислушалась. Оказывается, мужики кричали о философской категории - о времени. "Время - сволочь", - кричал тот, что приходил ко мне голый по пояс, а пьяный до пят. "Оно, - кричал он, - только с виду день, ночь и стрелки, а на самом деле оно..." Мужик замер, ища слово поточнее, и вдруг заорал: "Время - оно прокурор!"

- Это кому как... А кому адвокат, - ответил ему кто-то из сидящих.

- Нет, прокурор. Посмотри на Ленина, Сталина.

- Нет, адвокат, посмотри на царя.

- Через сто лет каждый умный, а ты возьми сегодня...

- Сегодня - это сегодня. Оно еще тут. На него суда нет.

- Это почему же?

- Потому что все смутно, потому как близко. Давай приставимся друг к другу носами, и что ты увидишь...

- Кто-то про это уже говорил.

- Я и говорил. Надо отъехать... И чем дальше, тем все станет яснее.

- Кому?

- Людям.

- Но мы-то будем в могиле... Про мое время узнает Райкин правнук, да срал он на это... У него своя будет беда, и что - снова сто лет ждать, чтоб узнать, откуда эта зараза явилась уже у него и отчего он мается?

- Так ведь на ошибках учатся. К примеру, на наших. Пусть учится твоя Райка...

- Никогда, - закричал мой знакомый, - никогда! Русский каждый раз живет, как в первый раз. Ему иначе неинтересно... Думаешь, я не понимаю, что я пьянь и голь, и отец у меня был пьянь и голь и дед... Но я сам все решаю: плевать, что до меня; мне так жить нравится.

- Генетика, - сказал кто-то.

- Жопа ты! - ласково ответил пьянь и голь. - Жопа! Когда я выбрал свой путь, ее еще у нас не открыли... Хотя тот еврей горох давно посеял, а потом сказал, что никакой разницы - горох, человек или курица. Ну, сообрази - это умно? Я тогда еще в девятый ходил. Я понял, что могу разбить еврея и его науку, у меня голова все тогда складно придумала, но на хрена мне это надо? Я не подчиняюсь ни гороху, ни другой глупости. Я сам живу, как решил. Мог стать ученым, а не захотел, и все. Неинтересно это мне.